Какова истинная цель европейских политиков? Способна ли Европа в военном отношении противостоять России без участия США? Могут ли заводы по производству БПЛА, строительство которых анонсировали немцы, повлиять на ситуацию Украине? Английские, польские, литовские генералы наперегонки угрожают РФ наземными операциями. Так каковы шансы избежать большой войны в Европе?

Об этом ИА Рустемпо рассказали известные эксперты по мировой политике.

Создатель и президент Global Media Group ^e, глава общественной организации «Центр информационных коммуникаций» Юрий Сторчак (Москва):

- Европейские лидеры как регулярно угрожают России созданием новых военных коалиций и войной, так и часто говорят о необходимости переговоров с официальной Москвой. Истинная цель декларирующих подготовку своих стран и их союза политиков Европы к эскалации противостояния с РФ и его перехода в горячую стадию состоит в поддержаниях высоких градусов напряжённостей в межгосударственных отношениях и глобальном экзистенциальном конфликте, что необходимо для обеспечения своих геополитических амбиций.

В военном отношении Европе крайне затруднительно противостоять мощному потенциалу России без участия своего, так или иначе, стратегического партнёра – Соединённых Штатов Америки. Например, БПЛА, создание заводов по производству которых анонсировала Германия, быстро устаревают и требуют незамедлительной модернизации, своевременно осуществлять которую забюрократизированный административный аппарат европейского военно-промышленного комплекса не в состоянии.

Подобные заявления направлены на создание информационного шума и завесы с целью достижений увеличений бюджетов ВПК, модернизации связанных с ним производств, идеологической накачки населения различных стран, пытающейся оправдывать нынешние антироссийские процессы в некоторых регионах мира. Озвучиваемые некоторыми «горячими головами» военных Европейского союза его или НАТО наземные операции – это выдача политически мотивированного желаемого за действительное. В ЕС фактически отсутствует слаженное и эффективное управление своими надгосударственными структурами и унифицированное военное вооружение под него. Шансы избежать большой войны на Европейском континенте, Третьей мировой войны зависят от ряда факторов геополитического, экономического, культурного, исторического, ментального характеров, а также позиций адекватных и не очень лидеров влиятельных государств мира.

Специалист в области международных отношений Анастасия Гаврилова (Москва):

- Самостоятельное военное противостояние России для Европы маловероятно и возможно лишь в формате локальных операций ограниченного масштаба. По официальным данным Европейского оборонного агентства (EDA), оборонные бюджеты европейских стран переживают беспрецедентный рост, ускоряя милитаризацию региона. Однако финансовый рост нивелируется хроническим дефицитом тяжёлой бронетехники, артиллерийских систем и, что наиболее критично, складских запасов боеприпасов, достаточных лишь для краткосрочных операций, но не для затяжной войны высокой интенсивности.

Кроме того, военно-промышленные комплексы европейских стран остаются фрагментированными, что исключает возможность быстрого масштабирования производства и взаимозаменяемости в условиях боевых действий.

Куда более серьёзным препятствием является оперативная и инфраструктурная зависимость от Соединённых Штатов. Стратегическая авиация, система дозаправки в воздухе, космическая разведка, раннее обнаружение пусков баллистических ракет и киберзащита альянса в европейском регионе более чем на 70% завязаны на американские ресурсы.

Без поддержки США любые масштабные переброски войск на дальние дистанции, равно как и поддержание непрерывного присутствия авиации, становятся для Европы практически невыполнимой задачей. Европейские армии интегрированы в американские системы управления, разведки и целеуказания, что в отсутствие Вашингтона лишает их ситуационной осведомлённости и связности на театре военных действий.

Не менее значим и ядерный фактор. Европейский стратегический потенциал ограничен национальными арсеналами Франции и Великобритании, которые по количеству боеголовок, носителей и принципам оперативного развёртывания несопоставимы с российской ядерной триадой. Без «ядерного зонтика» США, реализующего режим расширенного сдерживания, европейские союзники теряют главный инструмент сдерживания.

Хотя европейские государства постепенно предпринимают шаги к развитию собственной независимой инфраструктуры, их усилия не могут закрыть существующий разрыв в среднесрочной перспективе.

Заявления европейских политиков и оборонных концернов о строительстве заводов по производству беспилотных летательных аппаратов на Украине не являются отражением реального производственного плана. Для евробюрократии такая риторика служит инструментом демонстрации собственного лидерства и контроля над ситуацией. На внутреннем контуре в условиях растущей усталости общества от конфликта, громкие анонсы создают иллюзию решительных действий и превосходства над противником, что позволяет политикам удерживать внутриполитический кредит доверия и «держать лицо» перед собственным электоратом. Внешнеполитическая функция этих заявлений не менее значима. Они представляют собой попытку отправить Москве отчётливый сигнал о готовности Европы продолжать конфликт. Сам нарратив о строительстве заводов в Украине призван продемонстрировать противнику неисчерпаемость европейских ресурсов и долгосрочную вовлеченность.

Полноценное вторжение европейской армии в классическом понимании невозможно, и это обусловлено фундаментальными институциональными ограничениями. Европейский союз не обладает единым военным командованием, а его вооружённые силы остаются национальными по своей природе. Даже гипотетическая коалиция «желающих стран», инициативу которой продвигает Париж, сталкивается с непреодолимыми логистическими трудностями, отсутствием общей оперативной доктрины и несовместимостью систем связи, снабжения и управления.
Вместе с тем сводить заявления о «наземных операциях» исключительно к блефу было бы неверным. За риторикой стоят вполне конкретные и оперативно проработанные планы небоевых миссий, а именно отправка инструкторов для обучения украинских военнослужащих непосредственно на территории Украины, развёртывание инженерных групп для ремонта и обслуживания западной техники на месте и т.д.
Помимо этого, заявления о возможном вводе войск выполняют функцию повышения ставок. Запад стремится продемонстрировать России, что у него «нет красных линий», создавая эффект стратегической неопределённости. Этот приём призван заставить Москву проявлять большую сдержанность в оперативном продвижении.

Полномасштабная война в Европе остаётся маловероятным сценарием, реализация которого блокируется страхом взаимного ядерного уничтожения. Этот фактор является главным и непреодолимым ограничителем. Европейские элиты, несмотря на воинственную риторику, прекрасно осознают цену прямого военного столкновения с ядерной державой. Эта перспектива делает полноценную войну в Европе невозможной не только для европейских государств, но и для Соединённых Штатов, которые, осознавая неприемлемость такого развития событий, последовательно дистанцируются от любых сценариев, предполагающих прямое военное участие на украинской территории. Цена полномасштабного конфликта многократно превышает любые потенциальные политические, территориальные или экономические выгоды, которые могла бы получить какая-либо из сторон.

Противоречивость сигналов, которые Европа направляет Москве, (одновременное ужесточение риторики и призывы к диалогу), свидетельствует о том, что евробюрократы активно ищут формулу дипломатического выхода из текущего тупика. Европа стремится найти решение, которое не выглядело бы как полное поражение, и для этого ей необходимо время. ЕС тянет время, чтобы обеспечить себе максимально выгодные условия за столом переговоров, осознавая, что полноценная война неприемлема, а переговоры неизбежны. Именно эта двойственность — демонстрация силы при одновременном поиске компромисса — и составляет суть текущей европейской стратегии.

Подготовил Евгений Раи

Обложка - ИИ, коллаж - ИА Рустемпо